Лабиринты сновидений

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Лабиринты сновидений » Энциклопедия мифов » Творчество


Творчество

Сообщений 31 страница 43 из 43

31

Я тут подумала, что-то всё Вирри да Вирри демонстрирует нам свой художественный труд, а я что, рыжая? :Д
Да и как-то нездорово: рисовать-рисовать, а с теми, с кого рисуешь, не делиться~
Так что, вот вам небольшие наброски некоторых наших леди~
вы можете заметить оттенки цвета - вам не кажется, это цветной карандаш, которым я пользуюсь, рисуя изначальный набросок, поверх которого я уже работаю чернилами :ДД Когда я смогу обработать рисунки по-человечески, я смогу сделать так, что цветного карандаша вообще не останется, а ручка будет видна, но это совсем другая история :Д

~~
леди Павана

http://s6.uploads.ru/nvaMR.png

леди Кенлех

http://s3.uploads.ru/raAIE.png

леди Меламори

http://s3.uploads.ru/kJ3SQ.png

Триша :З

http://s3.uploads.ru/DoYz6.png

+6

32

Сэр Лойсо - самый грешный магистр.
http://s7.uploads.ru/t/fng7K.jpg

+5

33

По просьбе трудящегося спасибо за мысль, Вирри :ДД я попыталась сделать наброски наших обожаемых магистров - грешных и самых грешных :Д
50 оттенков Магистров, в общем хД

~~
сэр Верот

http://s2.uploads.ru/2mpoH.png

сэр Вирри

http://s3.uploads.ru/vsYFD.png

сэр самый грешный магистр

http://s2.uploads.ru/Q2Dh9.png

сэр Шурф

http://s7.uploads.ru/JlwVH.png

+8

34

Вирри Мазанор
Спасибо)) Я выгляжу серьезным и опасным))

0

35

То самое свидание. Из прошлого. Как заказывали.

http://s3.uploads.ru/t/2FRyo.jpg

+11

36

Творческий тандем грешных магистров представляет, или до чего доводят прекрасные леди.
http://s3.uploads.ru/t/ibxed.jpg

Леди Ринве

Леди, где вас можно встретить?
Лишь во сне? А наяву?
После стольких то столетий
Вы вернули синеву.

Леди, где вы ночевали?
В этом мире? Или нет?
Приходите, вы устали,
Это будет наш секрет.

Леди, знаете как сложно
В море синем? В небесах?
Леди, выплыть невозможно
В ваших синеньких глазах!

Художник: сэр Вирри.
Автор стихов: сэр Верот.

Отредактировано Вирри Мазанор (2015-12-12 19:09:05)

+5

37

Творческий тандем грешных магистров представляет, или до чего доводят прекрасные леди.

http://s7.uploads.ru/t/3keVE.jpg

Для Паваны

Солнечная девушка
С солнышком в груди,
Улибнись-ка весело,
Ближе подойди!
Счастье твоё рядышком,
Ближе, чем мечты.
Солнечная девушка,
Ты не жги мосты!
Ты подобна цветику,
Лучику судьбы.
Солнечную девушку
Сложно позабыть.

Художник: сэр Вирри.
Автор стихов: сэр Верот.

Отредактировано Верот Лехибор (2015-12-12 19:09:11)

+5

38

Какая красота, мальчики)))) жаль оценить пока не могу( мой ноут сожран(

0

39

КосмоЕХОлухи в Шамхуме
Сон Великого Магистра Ордена Молчаливого Гриба в ночь Последнего Дня Года

https://pp.vk.me/c628421/v628421295/2af97/CtwjBWjWqrU.jpg

Верот Лехибор - капитан межгалактического грузового звездолета "Космический грибник".
Вирри Мазанор - пилот звездолета, любит кофе.
Павана Шарт - биолог, милая, обаятельная леди, склонная к чрезмерной любви ко всему живому.
Ринва - бортовой искин с установленным в незапамятные времена высокорейтинговым пользовательским интерфейсом.
Лойсо - он и в Шамхуме Лойсо.

+++

- Шамхум! - хорошо поставленным голосом опытного экскурсовода заявила никогда не покидавшая корабля Ринва. А после немного подумала и добавила своим самым сексуальным тоном: - Температура за бортом -11 градусов, ветер северный, десять метров в секунду. Не замерзни, милый!
Последнее адресовалось Вероту, третий день втихаря жующему лимоны и наивно уверенному, что этого никто не замечает.
Бросив короткий осуждающий взгляд, капитан поежился и набросил поверх еще теплую накидку. Искин была права - в такую погоду лучше вообще не высовываться. А уж совершать покупки в незнакомых мирах...
Павана уже давно стояла у выходного люка, буквально подпрыгивая с ноги на ногу от нетерпения. Верот скептически оглядел ее лоохи из туланской шерсти. Он, конечно, знал, что эти тоненькие тряпочки легко дадут фору всему, во что был обмотан он сам, но спокойнее от этого не становилось.
- Может, все же останешься? - в голосе капитана не было особой надежды.
Юная леди давно грезила местной достопримечательностью - канатной дорогой. И Верот, конечно, мог приказать ей остаться, но это было бы слишком жестоко. Даже для Грешного Магистра.
- Ты без меня не справишься! - сказала, как отрезала, Павана. - Елку должен выбирать биолог! Би-о-лог - ты понимаешь?
Верот, конечно же, понимал. И про канатную дорогу тоже. Поэтому, когда они вернулись, в городе была уже глубокая ночь, а желтоватый свет единственной луны освещал здорово засыпанные снегом буквы "Космический грибник" на борту.

- Красивая! - сходу оценила Ринва.
Вид у нее был впечатляющим. Капитан давно догадывался, что у искина с пилотом развиваются не слишком уставные отношения, но чтобы дело дошло до такого...
С трудом оторвав взгляд от Ринвы, Верот попытался сосредоточиться на сказанном.
- Ну да, - исчерпывающе ответил он, вовремя сообразив, что речь не о растрепанной и обветренной, но оттого не менее счастливой Паване. - Целый час выбирали.
- Мяу! - донеслось из входного блока.
Присутствующие обменялись недоуменными взглядами.
- Кошка, восемь месяцев, окрас пестрый, - выдала справку Ринва. - Зашла вместе с вами.
- А что ж ты молчала? - удивленно уставился на искина капитан, пытаясь понять, что делать.
- Я думала, ты знаешь, - обиделась Ринва и, сменив облик на максимально целомудренный, уселась на край подоконника, давая понять, что больше из нее ни слова не вытянуть.
Тем временем Павана уже притащила животное в общий зал. Кошка и вправду была молодая, средней откормленности, с огромными глазами и любопытным взглядом. На борту "Космического грибника" ей однозначно нравилось. Получив свободу из рук биолога, животинка тотчас запрыгнула на стол и засунула голову в стоящую там чашку по самые уши.
- Кофе любит, - зачарованно проговорила Павана.
- И что мы с ней будем делать? - спросил капитан, не разделяя восторга своего биолога.
- Оставим, конечно! - уверенно проговорила юная леди, но тут же сменила чрезмерно уверенный взгляд на умоляющий.
Верот вздохнул. Он тысячу раз обещал себе быть непреклонным во имя дисциплины, но некоторым все же удавалось вить из него веревки.
- Красивая! - в общий зал вошел Вирри.
Павана аккуратно прикрыла собой кошку, увлеченно лакающую кофе из его кружки.
Усыпанная комплиментами елка и вправду была хороша: высокая, удивительно пушистая - как раз такая, за которую не будет стыдно перед заказчиком. Пилот еще раз взглянул на нее, потом на капитана и спросил:
- Великий, а ты вообще в курсе, что из-за разницы во времени в Шамхуме этот грешный праздник уже сегодня? Ну, то есть, завтра. В общем, в полночь. А еще точнее - через два часа.
Верот удивленно воззрился на Вирри, а после перевел взгляд на Ринву.
- Я думала, ты знаешь, - не меняя тона повторила искин.
- Если бы я все знал, на кой бы ты мне сдалась?
Характер виртуальной помощницы начинал раздражать. Даже если она влюбилась, совершенно необязательно забывать о служебных обязанностях.
- По Шамхумскому календарю сегодня последний день года, - механическим бесстрастным тоном отчиталась Ринва. Помолчала и добавила: - С вами на борт корабля взошли биолог Павана Шарт и кошка, восемь месяцев, окрас пестрый.
- Угу, - согласно буркнул капитан.
- Кошка? - изумленно переспросил Вирри.
Павана виновато сделала шаг влево. Из-за ее спины показалась кошачья морда, а после и животное целиком. Пилот заглянул в свою кружку и покачал головой.
- Так! - Верот понял, что если не взять ситуацию под контроль сейчас, то больше уже и не получится. - Кошку продезинфицировать, елку нарядить, создать праздничную атмосферу! Раз уж так совпало, почему бы и не отпраздновать?
- Есть! - завопила довольная Павана, и пока капитан не передумал, схватила животное и утащила в дезинфекционный блок.
Вирри посмотрел на Великого и задал очевидный вопрос:
- Чем украшать-то?
- А я откуда знаю, - огрызнулся Верот. -  Вон, у нее спроси!
И указал взглядом на Ринву. Та уже отвлеклась от своих обид и бодро примеряла карнавальные костюмы из какого-то наспех скачанного каталога. Судя по виду и количеству тряпочек, каталог был из магазина для взрослых.
- Всем, что найдете! - бодро отчиталась искин и принялась демонстрировать голограммы деревьев, увешанных носками, битыми чашками, сумочками, перчатками, книжками и даже бумажными буривушками.
Пилот вздохнул, вышел из общего зала и вернулся с новой чашкой кофе. Ринва как раз примеряла фиолетовое платье какой-то принцессы. Все бы ничего, если бы передняя часть пышной юбки прикрывала хотя бы кружева сетчатых чулок. Вирри зачарованно уставился на это зрелище и даже отставил кружку, чтоб не опрокинуть ненароком. Искин сменила с десяток самых сексуальных ракурсов и, позволив вдоволь налюбоваться зрелищем, заявила:
- Нет, не нравится!
И тут же сменила наряд на обтягивающий латексный.
Справа от пилота послышались лакающие звуки. Обернувшись, Вирри обнаружил в своей кружке пеструю голову кошкой наружу, а рядом - чрезмерно старающуюся улыбаться Павану.
- Кофе любит! - радостно проговорила юная леди.
Пилот хищно сверкнул глазами.
- Похоже, я знаю, кто будет главным украшением елки! - медленно, с угрозой проговорил он.
Кошка высунула морду из чашки и недовольно уставилась на стоящего пилота - мол, не отвлекай, занята. Пришлось оставить все, как есть.
Тем временем Ринва остановилась на платье какой-то, судя по вырезам сверху и снизу, весьма развратной грешной королевы, и развернула перед командой инструкции по изготовлению бумажных гирлянд и снежинок.
- То, что нужно! - воскликнула Павана и умчалась, вернувшись с большой стопкой бумаги и целой коробкой ножниц, довезти которые до мира Закрытой Сферы нужно было аж через три месяца.
Первая снежинка была похожа скорее на бесформенное чудовище. Как и вторая. К третьей начали появляться осмысленные очертания. Пятую леди гордо продемонстрировала пилоту и сказала, что сейчас все покажет. Вирри честно пытался делать так, как учила Павана, но вести звездолет по приборам и картам было гораздо проще, чем разобраться со всеми грешными клинышками.
После десятой неудачной попытки пилот предложил перейти к гирляндам. Там все оказалось намного проще. Нарезав три сотни бумажных полосочек, Вирри принялся их склеивать в колечки, цепляя одно за другое. Павана все так же занималась снежинками, попутно вешая на елку самые удачные экземпляры. Ринва развлекала команду праздничными историями, почерпнутыми из инфранета.
- И вот, когда у зайца отвалилась голова, а девочка...
И искин исчезла, умолкнув на полуслове.
Вирри завертел головой, Павана выронила ножницы, а в комнату, светясь от гордости, вошла кошка с добытым в неравном бою сетевым проводом. Который величественно повесила на нижнюю лапу елки, показывая тем самым, что это ее вклад в общее дело.
- Дырку над тобой в небе... - медленно проговорил Вирри, оценивая масштабы злодеяния.
Павана тут же схватила инициативное животное и спрятала его под полой своего лоохи, защищая от праведного гнева пилота.
Выругавшись на незнакомом языке, Вирри отправился в технический блок ремонтировать поломку. Тем более, что до нового года оставалось меньше часа.
Тем временем Верот набрал целую коробку цветных платков, лампочек, замысловатых, но тем не менее блестящих и красивых запчастей и принес все это в общий зал. Павана взвизгнула от радости, поцеловала капитана в щеку и принялась развешивать всю эту красоту по многочисленным еловым веткам. Кошка беспечно спала прямо в центре стола, полагая свою работу на сегодня выполненной.

Вирри вернулся за четверть часа до полуночи и обомлел. В центре зала красовалась самая прекрасная елка в мире. Ринва тоже крутилась рядом, дополняя украшения голограммами, которые, впрочем, тут же исчезали. На голове ее была высокая голубая диадема, а внушительное декольте переходило в короткое голубое обтягивающее платье, отороченное снизу белым мехом. Высокие сапоги навевали отнюдь не приличествующие обстановке мысли, а длинная коса завершала неоднозначный образ.
- Спасибо, милый! - искин кокетливо сложила губки, посылая своему спасителю виртуальный поцелуй.
- Хороший вечер! - раздалось со стороны двери.
- Лойсо Пондохва, могущественный колдун, - отчиталась Ринва и бросила к ногам гостя проекцию синей розы.
- Вот так сразу меня сдала? - усмехнулся гость. - Испортила весь сюрприз!
Павана бросилась на шею колдуну в синей шубе, которого прежде видела лишь в снах. Тот расцеловал свою подопечную, снял с плеча небольшой красный мешок и вытащил оттуда бутылку шампанского. Отдав ее Вирри, Лойсо принялся доставать подарки.
Первому, конечно, досталось капитану. Самый Грешный вытащил из мешка шоаррскую лесу, которую ребята так удачно потеряли в лесах мира Свечи еще год назад.
- Я знаю, ты по ней очень скучал. Не теряй ее - очень полезная штука. Особенно в твоей команде.
Следом обновку получила Павана. Развернув сверток, юная леди обнаружила там платье не слишком знакомой конструкции. Чтобы не терять время, Лойсо взмахнул руками, и Верот понял, что забыл, как дышать. Складки струящейся ткани подчеркивали стройную девичью фигурку, делая Павану похожей на несбыточную мечту. Капитан давно уже неровно дышал к своему биологу, но в этот момент всей его сдержанности пришел конец. Он взял юную леди за руку. Та не сопротивлялась.
Увлеченный зрелищем, Вирри не сразу понял, что настал его черед. Гость протянул ему тяжелый браслет из незнакомого металла.
- Всякий, на чью руку ты его наденешь, лишится способностей колдовать. Но это касается только очевидной магии. Не забывай об истинной.
Пилот благодарно кивнул и принялся вертеть подарок в руках. Браслет выглядел совсем новым, как и положено настоящей волшебной вещи. Задумавшись о том, какие перспективы открываются с таким подарком, Вирри вздрогнул, когда его плеча нежно коснулись женские пальцы.
Лойсо подмигнул леди, которая никогда и не мечтала стать настоящей, и подошел к кошке.
- Теххи, ты хочешь остаться тут?
Животинка утвердительно мяукнула, и колдун по-отечески почесал ее за ушком. А после тихо пожелал всем хорошего Нового года, забрал свой бокал с шампанским и исчез. На эту ночь у него были совсем иные планы.
Из динамиков послышалась приятная музыка. Часы пробили полночь...

Отредактировано Ринва Афиана (2015-12-27 14:01:38)

+8

40

Ринва, счастье моё! С последним днём года)
http://s6.uploads.ru/t/n27h6.jpg

+7

41

Павана, солнышко, выздоравливай поскорее! Я даже совершу подвиг и приготовлю еще один ужин)  http://forfrei.hutt.ru/files/0016/e4/38/95225.png

подарок

http://s3.uploads.ru/t/TviI8.jpg
http://s6.uploads.ru/t/fqFpQ.jpg
http://s2.uploads.ru/t/Grsnf.jpg

Отредактировано Лойсо Пондохва (2015-12-31 20:45:13)

+8

42

http://s7.uploads.ru/t/ZovLE.jpg

Посвещяется сэру Мабе Калоху)

История наша произошла давным-давно, очень-очень давно, настолько давно, что сэр Маба Калох был еще юн и зелен, но уже безмерно талантлив и любопытен. В ту пору будущий юный магистр еще не имел достаточно опыта, чтобы отличить обычный сон от путешествия между мирами. И даже не догадываясь об их реальности, он успел посетить уже не мало интересных мест. Но все же один из Миров умудрялся ловить его в свои сети намного чаще, чем остальные…
- Жизнью клянусь, что настоящая! – грязные патлы взметнулись и опустились, вслед за резким кивком головы. Заметив, что покупатель все еще сомневается, мужчина принялся приводить и другие доводы, подсовывая пергамент в лицо юноше:
- Я бы и сам отправился, но стар я стал. И детей нет. Сам же понимаешь, малец, лучше кошель с деньгами, чем ненужная бумажка.
Молодой человек перехватил двумя пальцами карту и поднял ее на уровень глаз, разглядывая на солнце. Его лицо не выражало никаких эмоций, кроме сомнения. Впрочем, похоже, что ему было все равно настоящая карты или нет - он жаждал приключений.
Старый моряк ничему не удивлялся, лишь отмечал некоторые странности, например, одежда. Но что только не носят иностранцы. Руки, не знавшие работы у всех дворян, но не все дворяне в столь юном возрасте готовы отправиться неизвестно куда и зачем. Впрочем, его дело маленькое – получить свои деньги за карту и отправиться в кабак.
Сильный шторм. Ветер бросает корабль по волнам, словно щепку, волны заливают палубу. Часть команды прячется в трюме, обсыхая до своей смены, остальная вместе с капитаном борется со стихией. Шторм длился уже несколько дней. На корабле стали поговаривать, что это проклятье! Предлагали бросить эту затею с поиском сокровищ и отправиться домой от греха подальше, а по пути ограбить судно и остаться в плюсе. А если мальчишка-капитан не согласится... Что ж, они выберут себе нового капитана.
- Капитан Калох! Надо повернуть! Боги гневаются и нам не выжить!
- Ерунда, друг мой! Это только ветер и вода.
- Но люди измучены, они больше не могут терпеть эту качку! Все думают, что мы прокляты из-за этой карты!- Матросы подтягивались к капитанскому мостику, выкрикивая призыв повернуть обратно или просто уничтожить карту сокровищ. - Карта проклята! Нам нужно выбросить ее в море и вернуться пока еще не поздно!
- Нет, мы продолжим. Пираты - гроза морей отступят перед каким-то штормом? - рассмеялся юноша в лицо морякам.
- Тогда отправляйся на корм рыбам! На рею его! Да! За борт! - слышалось со всех сторон.
Моряки ожидали такой ответ и уже подготовились заранее. Они окружили своего капитана, направляя на него револьверы. Щелчки предохранителей потонули в раскатах грома, молнии освещали решительно настроенные лица пиратов - картина достойная кисти лучших художников. А в центре спокойно стоял юный капитан и широко улыбался.
- Сдается мне придется научить вас хорошим манерам, - рассмеялся в ответ на выстрелы юноша. - Ходить вам всем на этом корабле и не знать другого общества, кроме вашего!
После этих слов грянул оглушительный гром и сверкнула молния, ослепляя всех, а когда к матросам вернулось зрение их капитана уже нигде не было.
С тех пор по морям бродит легенда о корабле-призраке Летучем голландце, который не может пристать к берегу и обречен вечно бороздить моря.

+4

43

http://data19.gallery.ru/albums/gallery/37707-48845-55954081-m750x740-u1b072.jpg

Для сэра Лойсо

Он никогда не умел горевать об упавших на дно песчинках. (с)

Чтобы начать что-то новое, нужно сперва закончить то, что подошло к концу.(с)

Слабый свет газовых светильников заливал часть спальни, оставляя углы прятаться в тени. Всем видам освещения, для своих личных покоев, сэр Лойсо Пондохва предпочитал именно этот, бледно-голубоватый, делающий из людей подобие призраков. Впрочем, не так много посетителей наведывалось в эту спальню, как могло показаться. Для случайных связей и необременительных романчиков он старался обзавестись нейтральной территорией.
Но сейчас, среди вороха одеял на мягком покрытии пола, явно виднелись очертания некрупного тела неопределенного пола.
Сам же хозяин стоял перед высоким зеркалом, внимательно всматриваясь в его глубины. Изнутри на него в ответ любовался высокий мужчина, стройного сложения. Длинные ноги пропорционально уравновешивались изящно вылепленным телом. Легкие штрихи мускулатуры на бедрах, животе и груди, подсвеченные голубым, вычерчивались со скульптурной красотой. Широкие плечи, достойные восхищения предплечья с тугими жгутами жил и вен на запястьях, аккуратные длиннопалые кисти рук. Но всё-таки ничто и никогда не привлекало людей так, как его лицо. Затаившиеся за встрепанными светлыми прядями, глаза блестели умом и безумием единовременно, губы то и дело сжимались в узкую полосу. Не красавец, по общепризнанным канонам, но... Вот это "но" никогда не показывалось Лойсо в зеркале. Его не раз спрашивали, каким Великий Магистр видит сам себя в отраженной поверхности. И если вопросившему удавалось выжить, благодаря хорошему настроению Магистра, то он получал в ответ лаконичное "Себя" и странную улыбку.
Если бы у окружающих была возможность смотреть на Лойсо, а не смотреться в него, то они бы знали – эта улыбка принадлежала не способности отражать, а ему лично.

–  … Как будто уступило новому, неизведанному, опасному. Как будто я, как будто восторженно, страстно, как будто решительно, добровольно, как будто растворилась, затерялась…
Девичий полушепот то отходил на задний план, то вновь прорывался в сознание вкрадчивыми нотками. Сновидение, увы, ничем не отличалось от нескольких предыдущих, пришедшихся на долю этой спальни. К тому же Ясная речь наводила тошнотворную скуку, от которой Великий Магистр отвлекался, разглядывая своего двойника, стоявшего в обрамлении темного металла зеркальной рамы.
«Что ты видишь в зеркале?» - иногда спрашивала она, влюблённым взглядом скользя по скулам и щекам, заглядывая в глаза, которые казались ей верхом индивидуального понятия совершенства.
Невольно присваивая себе чарующий облик, Лойсо с удовольствием крал частичку мечт и желаний человека, собирая огромную никому не нужную коллекцию. Вся суть её была только в лишении: те, кому счастливилось остаться в мире живых после встречи с Магистром, познавали хоть небольшое, но разочарование, тоску по несбывшемуся.
– Тебе скучно? – резкая смена интонаций с напевных в насмешливые, заставила мужчину обернуться. В полумраке можно было рассмотреть ту, что говорила. Дерзость, в той самой мере, не выходящей за рамки, сквозила в её позе, в рыжих растрепанных прядях волос, за которыми таился лукавый взгляд, в маленькой ступне, так провокационно показавшейся из-под одеяла. В очередной раз отмахнувшись от ответа, Лойсо опустился на мягкую поверхность пола, тут же накрывая пространство вокруг волной своих желаний, в которых явственно ощущался лёгкий флёр опасности. В отличие от многих прочих, она не ждала от него ни особенного отношения, ни альтруизма, с одинаковой готовностью принимая и нежность и грубость. А порой и вовсе намеренно разжигала, дразнила и балансировала на самой грани, упиваясь рисковой близостью. И отдавала взамен как раз столько, сколько требовалось, чтоб попадать в личные комнаты Великого Магистра Ордена Водяной Вороны не единожды.Он даже успел привязаться к этой ненасытной девчонке.
Лойсо нравилось, когда можно вот так самозабвенно принимать и отдавать, не отвлекаясь на прошлое, будущее, и, даже, настоящее. И каждый раз он вкушал её поцелуи, наслаждался прикосновениями к трепещущему горячему телу, наполнял воздух её мелодичными стонами и всхлипами, и испивал до грани.

Они были осторожны настолько, что Лойсо прознал обо всём лишь благодаря случайности. Девушка дала промашку, и об этом тут же доложили Великому Магистру. Будь она чуть более могущественной, такого бы не произошло – поговаривали, что Джуффин Халли умеет прятаться от врагов в других мирах. А Лойсо давно понял, что сплетни о великих колдунах на пустом месте не рождаются. Взять хотя бы его самого.
Но вот утащить за собой молодую неумёху Кеттарийский охотник, видимо, не сумел.
Не узнать Чиффу под любой личиной было решительно невозможно. На фоне его магии, которой от него разило за несколько кварталов, её сила терялась. Но принесенный ветром запах тела, уже успел прошить собой часть картины мира Лойсо. Ту самую часть, которая теперь чернела и съеживалась, сжигаемая яростью. 
Вдохновлённый ненавистью, он рискнул, окликая её безмолвной речью.  Согбенная старушка вскинулась как от пощечины, получая зов, предназначенный рыжеволосой юной красавице. Но самым большим подтверждением послужил этот хитрый лис, настороженно внимающий происходящему. Странно, обычно ему хватало и меньшего, чтоб сообразить, атаковать и, с эффектом неожиданности наперевес, уничтожить даже более сильного противника. Иначе его давно бы уже отправили на вечный покой. Как знать? Может, если бы в списке оплаченных голов не числилась громкая фамилия «Пондохва», то они бы…  Впрочем, сам Лойсо не любил страдать о не свершившемся.
Он сорвался прежде, чем она рискнула ответить, и покинул пределы Ехо скорее, чем спектакль завершился. Из фиолетового смерча, ударившего по Сердцу Мира магией 189 ступени Черной Магии, спасся только один человек. Куда было сладить со стихией, разворотившей половину улицы простой девчонке, наживке, обладавшей способностями на уровне послушницы!

Стоило удивиться, когда первое, что он увидел, оказались семеркой старых деревьев вахари, узловатыми стражами стоявших перед воротами в город. Сумбур его мыслейв тот момент был таков, что могло занести и в какую-нибудьиз пустынь Арвароха. Но Лойсо не удивился, скорее обрадовался. Хотя сложно назвать радостью злое торжество, полыхнувшее неистовым блеском в его глазах.
Может она и не стоила этой мести, маленькая глупая предательница. Но даже просто в память обо всех тех часах, проведенных в неге под её ласкающими пальцами и губами, ради знания о каждой струнке наслаждения в её теле… Да и просто, для собственного удовольствия.
Заклинание испепеления, ставшего почти эксклюзивной визитной карточкой Великого Магистра Ордена Водяной Вороны, он отложил на потом. Здесь, в преддверии городских улиц свидетелей почти не было, а без них слишком скучно. Вместо этого, Лойсо поджег массивные деревянные ворота, превратив их в полыхающий костер. Пламя, рвущееся к небесам, но коварно ограниченное высотой ворот, точно всколыхнет хотя бы жителей окраинных районов.
Удалось, - отметил он про себя, по-хозяйски входя в Кеттари. Каждый шаг по аккуратно выложенным мостовым сопровождался удовольствием от изумленных воплей и суеты, постепенно наводнявших улицы. В Ехо, напротив, разбегались бы в панике, завидев того, кто с широкой улыбкой на изменчивом лице прогуливался по улице. Но город, хоть и большой, а всё равно глубинка, далёкая от столицы и не знающая правил игры. А ведь так даже интересней.
Не обращая на него внимания, люди стекались к пожару, волоча с собой вёдра, кувшины, и прочие емкости, наполненные водой. В спешке та расплескивалась, окрашивая камешки под ногами темными пятнами. Надеялись еще на случайность, верили, что сумеют сбить магический огонь простой водой. Такое наивное простодушие!
Нарочно углубившись в переплетение узких улиц подальше от устроенного светопреставления, Лойсо дошёл до ближайшего моста, дугой пролегшего через узкую глубоководную речку Миер. Целое произведение искусства! Местные умельцы смогли сотворить из дерева прочное подобие легчайшей паутинки, сквозь резные перила которого мягкими лучами просачивалось солнце. К тому же он изумительно контрастировал на фоне соседа – мощного тяжеловеса из потемневшего под гнетом времени камня.Такое великолепие просто грех не разрушить сию же секунду! Довольно прищурившись, Лойсо направленным жестом заставил мост взлететь в воздух фонтаном из щепок и мелких камешков, с грохотом, отдавшимся звоном в окнах близстоящих домов. Он почти не слышал криков пострадавших, любуясь пока только зрелищем, насыщаясь впечатлениями. И, конечно, силой, выпущенной в последний миг существования моста. Этого хватило на то, чтоб тут же снести до основания несколько окружающих домов. И хотя мешанина остатков стен с останками жильцов уже не представляла собой ничего красивого, интересного или полезного, сам момент чужой смерти давал много больше, чем вся жизнь.
Пондохва был одним из немногих Магистров, избавившихся от страха, появляющегося вместе с нарастающим могуществом. Но, кажется, единственным, кто сумел обратить его в ненависть, приносящую и пользу, и удовольствие.
Лойсо нравилось, когда разрушительные эмоции можно в полной мере пустить в дело. И он уничтожал, вбирая в себя мощь, сторицей отданную гибелью, слушал, как город захлебывается в крови, кричит сотнями раненых, рушится в прах.
И он был последним, кто наслаждался красотой Кеттари: затейливыми зданиями и башенками, вплетением узких улиц в светлые пространства площадей, вязью  речных мостов, янтарной желтизной камешков, которыми была выложена набережная, коваными калитками и заборами, сдерживающими буйство садов, фонтанами и статуями, которые уместно дополняли всё это великолепие.
Теперь же, руины, рассыпавшиеся вдоль искалеченных дорог, больше никого не приведут в восторг. Разве что в трепет и ужас – которые тоже, кстати, сильные эмоции. Но сам Лойсо уже взял от этого города всё, что мог. Опьяненный силой, пропитавшей его насквозь, он ушел, оставив за спиной сизые столбы дыма, струйками вьющиеся по воздуху, медленно оседающую пыль, и несколько закопченных камней, покрытых витиеватой резьбой – всё, что осталось от главных ворот. Только семь деревьев вахари остались стоять скорбным караулом.

Лойсо найдет себе новую игрушку, рано или поздно. А вот заново воссоздать разрушенный город, так или иначе, не под силу даже Кеттарийцу.


Он никогда не умел горевать об упавших на дно песчинках. (с)

Чтобы начать что-то новое, нужно сперва закончить то, что подошло к концу.(с)

Слабый свет газовых светильников заливал часть спальни, оставляя углы прятаться в тени. Всем видам освещения, для своих личных покоев, сэр Лойсо Пондохва предпочитал именно этот, бледно-голубоватый, делающий из людей подобие призраков. Впрочем, не так много посетителей наведывалось в эту спальню, как могло показаться. Для случайных связей и необременительных романчиков он старался обзавестись нейтральной территорией.
Но сейчас, среди вороха одеял на мягком покрытии пола, явно виднелись очертания некрупного тела неопределенного пола.
Сам же хозяин стоял перед высоким зеркалом, внимательно всматриваясь в его глубины. Изнутри на него в ответ любовался высокий мужчина, стройного сложения. Длинные ноги пропорционально уравновешивались изящно вылепленным телом. Легкие штрихи мускулатуры на бедрах, животе и груди, подсвеченные голубым, вычерчивались со скульптурной красотой. Широкие плечи, достойные восхищения предплечья с тугими жгутами жил и вен на запястьях, аккуратные длиннопалые кисти рук. Но всё-таки ничто и никогда не привлекало людей так, как его лицо. Затаившиеся за встрепанными светлыми прядями, глаза блестели умом и безумием единовременно, губы то и дело сжимались в узкую полосу. Не красавец, по общепризнанным канонам, но... Вот это "но" никогда не показывалось Лойсо в зеркале. Его не раз спрашивали, каким Великий Магистр видит сам себя в отраженной поверхности. И если вопросившему удавалось выжить, благодаря хорошему настроению Магистра, то он получал в ответ лаконичное "Себя" и странную улыбку.
Если бы у окружающих была возможность смотреть на Лойсо, а не смотреться в него, то они бы знали – эта улыбка принадлежала не способности отражать, а ему лично.

–  … Как будто уступило новому, неизведанному, опасному. Как будто я, как будто восторженно, страстно, как будто решительно, добровольно, как будто растворилась, затерялась…
Девичий полушепот то отходил на задний план, то вновь прорывался в сознание вкрадчивыми нотками. Сновидение, увы, ничем не отличалось от нескольких предыдущих, пришедшихся на долю этой спальни. К тому же Ясная речь наводила тошнотворную скуку, от которой Великий Магистр отвлекался, разглядывая своего двойника, стоявшего в обрамлении темного металла зеркальной рамы.
«Что ты видишь в зеркале?» - иногда спрашивала она, влюблённым взглядом скользя по скулам и щекам, заглядывая в глаза, которые казались ей верхом индивидуального понятия совершенства.
Невольно присваивая себе чарующий облик, Лойсо с удовольствием крал частичку мечт и желаний человека, собирая огромную никому не нужную коллекцию. Вся суть её была только в лишении: те, кому счастливилось остаться в мире живых после встречи с Магистром, познавали хоть небольшое, но разочарование, тоску по несбывшемуся.
– Тебе скучно? – резкая смена интонаций с напевных в насмешливые, заставила мужчину обернуться. В полумраке можно было рассмотреть ту, что говорила. Дерзость, в той самой мере, не выходящей за рамки, сквозила в её позе, в рыжих растрепанных прядях волос, за которыми таился лукавый взгляд, в маленькой ступне, так провокационно показавшейся из-под одеяла. В очередной раз отмахнувшись от ответа, Лойсо опустился на мягкую поверхность пола, тут же накрывая пространство вокруг волной своих желаний, в которых явственно ощущался лёгкий флёр опасности. В отличие от многих прочих, она не ждала от него ни особенного отношения, ни альтруизма, с одинаковой готовностью принимая и нежность и грубость. А порой и вовсе намеренно разжигала, дразнила и балансировала на самой грани, упиваясь рисковой близостью. И отдавала взамен как раз столько, сколько требовалось, чтоб попадать в личные комнаты Великого Магистра Ордена Водяной Вороны не единожды.Он даже успел привязаться к этой ненасытной девчонке.
Лойсо нравилось, когда можно вот так самозабвенно принимать и отдавать, не отвлекаясь на прошлое, будущее, и, даже, настоящее. И каждый раз он вкушал её поцелуи, наслаждался прикосновениями к трепещущему горячему телу, наполнял воздух её мелодичными стонами и всхлипами, и испивал до грани.

Они были осторожны настолько, что Лойсо прознал обо всём лишь благодаря случайности. Девушка дала промашку, и об этом тут же доложили Великому Магистру. Будь она чуть более могущественной, такого бы не произошло – поговаривали, что Джуффин Халли умеет прятаться от врагов в других мирах. А Лойсо давно понял, что сплетни о великих колдунах на пустом месте не рождаются. Взять хотя бы его самого.
Но вот утащить за собой молодую неумёху Кеттарийский охотник, видимо, не сумел.
Не узнать Чиффу под любой личиной было решительно невозможно. На фоне его магии, которой от него разило за несколько кварталов, её сила терялась. Но принесенный ветром запах тела, уже успел прошить собой часть картины мира Лойсо. Ту самую часть, которая теперь чернела и съеживалась, сжигаемая яростью. 
Вдохновлённый ненавистью, он рискнул, окликая её безмолвной речью.  Согбенная старушка вскинулась как от пощечины, получая зов, предназначенный рыжеволосой юной красавице. Но самым большим подтверждением послужил этот хитрый лис, настороженно внимающий происходящему. Странно, обычно ему хватало и меньшего, чтоб сообразить, атаковать и, с эффектом неожиданности наперевес, уничтожить даже более сильного противника. Иначе его давно бы уже отправили на вечный покой. Как знать? Может, если бы в списке оплаченных голов не числилась громкая фамилия «Пондохва», то они бы…  Впрочем, сам Лойсо не любил страдать о не свершившемся.
Он сорвался прежде, чем она рискнула ответить, и покинул пределы Ехо скорее, чем спектакль завершился. Из фиолетового смерча, ударившего по Сердцу Мира магией 189 ступени Черной Магии, спасся только один человек. Куда было сладить со стихией, разворотившей половину улицы простой девчонке, наживке, обладавшей способностями на уровне послушницы!

Стоило удивиться, когда первое, что он увидел, оказались семеркой старых деревьев вахари, узловатыми стражами стоявших перед воротами в город. Сумбур его мыслейв тот момент был таков, что могло занести и в какую-нибудьиз пустынь Арвароха. Но Лойсо не удивился, скорее обрадовался. Хотя сложно назвать радостью злое торжество, полыхнувшее неистовым блеском в его глазах.
Может она и не стоила этой мести, маленькая глупая предательница. Но даже просто в память обо всех тех часах, проведенных в неге под её ласкающими пальцами и губами, ради знания о каждой струнке наслаждения в её теле… Да и просто, для собственного удовольствия.
Заклинание испепеления, ставшего почти эксклюзивной визитной карточкой Великого Магистра Ордена Водяной Вороны, он отложил на потом. Здесь, в преддверии городских улиц свидетелей почти не было, а без них слишком скучно. Вместо этого, Лойсо поджег массивные деревянные ворота, превратив их в полыхающий костер. Пламя, рвущееся к небесам, но коварно ограниченное высотой ворот, точно всколыхнет хотя бы жителей окраинных районов.
Удалось, - отметил он про себя, по-хозяйски входя в Кеттари. Каждый шаг по аккуратно выложенным мостовым сопровождался удовольствием от изумленных воплей и суеты, постепенно наводнявших улицы. В Ехо, напротив, разбегались бы в панике, завидев того, кто с широкой улыбкой на изменчивом лице прогуливался по улице. Но город, хоть и большой, а всё равно глубинка, далёкая от столицы и не знающая правил игры. А ведь так даже интересней.
Не обращая на него внимания, люди стекались к пожару, волоча с собой вёдра, кувшины, и прочие емкости, наполненные водой. В спешке та расплескивалась, окрашивая камешки под ногами темными пятнами. Надеялись еще на случайность, верили, что сумеют сбить магический огонь простой водой. Такое наивное простодушие!
Нарочно углубившись в переплетение узких улиц подальше от устроенного светопреставления, Лойсо дошёл до ближайшего моста, дугой пролегшего через узкую глубоководную речку Миер. Целое произведение искусства! Местные умельцы смогли сотворить из дерева прочное подобие легчайшей паутинки, сквозь резные перила которого мягкими лучами просачивалось солнце. К тому же он изумительно контрастировал на фоне соседа – мощного тяжеловеса из потемневшего под гнетом времени камня.Такое великолепие просто грех не разрушить сию же секунду! Довольно прищурившись, Лойсо направленным жестом заставил мост взлететь в воздух фонтаном из щепок и мелких камешков, с грохотом, отдавшимся звоном в окнах близстоящих домов. Он почти не слышал криков пострадавших, любуясь пока только зрелищем, насыщаясь впечатлениями. И, конечно, силой, выпущенной в последний миг существования моста. Этого хватило на то, чтоб тут же снести до основания несколько окружающих домов. И хотя мешанина остатков стен с останками жильцов уже не представляла собой ничего красивого, интересного или полезного, сам момент чужой смерти давал много больше, чем вся жизнь.
Пондохва был одним из немногих Магистров, избавившихся от страха, появляющегося вместе с нарастающим могуществом. Но, кажется, единственным, кто сумел обратить его в ненависть, приносящую и пользу, и удовольствие.
Лойсо нравилось, когда разрушительные эмоции можно в полной мере пустить в дело. И он уничтожал, вбирая в себя мощь, сторицей отданную гибелью, слушал, как город захлебывается в крови, кричит сотнями раненых, рушится в прах.
И он был последним, кто наслаждался красотой Кеттари: затейливыми зданиями и башенками, вплетением узких улиц в светлые пространства площадей, вязью  речных мостов, янтарной желтизной камешков, которыми была выложена набережная, коваными калитками и заборами, сдерживающими буйство садов, фонтанами и статуями, которые уместно дополняли всё это великолепие.
Теперь же, руины, рассыпавшиеся вдоль искалеченных дорог, больше никого не приведут в восторг. Разве что в трепет и ужас – которые тоже, кстати, сильные эмоции. Но сам Лойсо уже взял от этого города всё, что мог. Опьяненный силой, пропитавшей его насквозь, он ушел, оставив за спиной сизые столбы дыма, струйками вьющиеся по воздуху, медленно оседающую пыль, и несколько закопченных камней, покрытых витиеватой резьбой – всё, что осталось от главных ворот. Только семь деревьев вахари остались стоять скорбным караулом.

Лойсо найдет себе новую игрушку, рано или поздно. А вот заново воссоздать разрушенный город, так или иначе, не под силу даже Кеттарийцу.

+2


Вы здесь » Лабиринты сновидений » Энциклопедия мифов » Творчество


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2016 «QuadroSystems» LLC